Эмаузавр: ранний бронированный динозавр из Германии

Эмаузавр (Emausaurus) – род небольших растительноядных тиреофор, то есть ранних бронированных птицетазовых динозавров. Он жил в раннем тоаре ранней юры, примерно 183 млн лет назад, на территории современной северо-восточной Германии. Единственная достоверная находка происходит из бывшего глиняного карьера возле города Гриммен в земле Мекленбург-Передняя Померания.

Эмаузавр важен для науки как один из редких раннеюрских представителей линии, которая позднее дала стегозавров и анкилозавров. Он уже имел костные образования в коже, но ещё не обладал специализированным панцирем поздних анкилозавров или крупными пластинами стегозавров. Род известен по одному неполному и сильно уплощённому экземпляру, поэтому точная форма тела, способ передвижения и размеры взрослого животного остаются спорными.

Кратко о динозавре

Значение названия и история открытия

Название Emausaurus составлено из сокращения EMAU и греческого слова sauros – «ящер». EMAU было сокращённым названием Университета Эрнста Морица Арндта в Грайфсвальде, где изучали находку. После переименования университета происхождение родового названия стало менее очевидным, но в зоологической номенклатуре оно не изменилось. Видовой эпитет ernsti дан в честь геолога Вернера Эрнста.

Окаменелости обнаружили летом 1963 года в глиняном карьере к западу от Гриммена. Рабочий Вернер Воллин передал Вернеру Эрнсту несколько объектов, среди которых находилась небольшая сидеритовая конкреция с костями. Эрнст документировал местонахождение и занялся подготовкой материала. Затем экземпляр исследовали в Грайфсвальде, хотя ранние работы над ним остались незавершёнными.

Палеонтолог Хартмут Хаубольд опубликовал формальное описание рода и вида в 1990 году. В первоописании голотип обозначен как SGWG 85. В более поздней литературе коллекция Грайфсвальда использует шифр GG, а отдельные части голотипа приводятся под номерами серии GG 85/1. Такая разница в обозначениях отражает историю каталогизации, а не существование нескольких скелетов.

Современная классификация

Эмаузавр относится к птицетазовым динозаврам и входит в Thyreophora. Название этой группы переводят как «щитоносцы» и связывают с остеодермами – костями, формировавшимися в коже. В классификации динозавров тиреофоры включают ранние формы и более специализированную ветвь Eurypoda, объединяющую анкилозавров и стегозавров.

Эмаузавр не считается настоящим анкилозавром или стегозавром. Большинство анализов помещает его среди рано отделившихся тиреофор за пределами Eurypoda, рядом со скутеллозавром и сцелидозавром. Порядок ветвления этих трёх родов меняется в разных матрицах. В крупном анализе 2023 года эмаузавр оказался более ранней ветвью, чем скутеллозавр, тогда как многие прежние схемы располагали их наоборот.

Это расхождение не означает, что одна из схем окончательно опровергнута. Голотип эмаузавра плохо сохранился, а для филогенетического анализа удалось оценить лишь около 28 процентов признаков. Исследователи работали в том числе со слепком, поскольку оригинальные кости деформированы и местами повреждены. Полное переописание с современной томографией могло бы изменить положение рода. Поэтому безопасная формулировка такова: Emausaurus – валидный ранний тиреофор, но его точное место среди самых ранних бронированных динозавров пока неустойчиво.

Виды рода и спорные находки

В род входит только типовой вид Emausaurus ernsti. Других названных видов, которые получили бы устойчивое признание, нет. Диагноз основан на сочетании особенностей черепа, зубов и кожных окостенений голотипа, однако часть исходных признаков нуждается в повторной проверке из-за состояния материала.

В 2017 году в карьере Гриммен нашли крупный фрагментарный объект GG 504, интерпретированный как остеодерма раннего тиреофора. Он происходит из другого, более высокого стратиграфического горизонта и заметно крупнее пластинок голотипа. Авторы исследования 2022 года не отнесли его к Emausaurus, оставив определение на уровне неопределённого тиреофора. Поэтому GG 504 нельзя считать вторым экземпляром эмаузавра или доказательством существования гигантских взрослых особей этого рода.

Какие окаменелости найдены

Голотип находился в сидеритовой конкреции размером всего около 16,5 на 11 на 8 см. В ней были плотно собраны кости почти полного, но раздавленного черепа и немногочисленные посткраниальные элементы. В первоописании упомянуто более пятидесяти распознаваемых фрагментов. Лучше всего представлена правая сторона черепа, часть крыши черепа и нижней челюсти.

Среди определённых костей есть предчелюстная и верхнечелюстная кости, носовая, лобная, теменная, слёзная, предлобная, заглазничная, скуловая и другие элементы черепа. Сохранились зубы верхней и нижней челюстей. Посткраниальный материал намного беднее: это фрагменты позвонков и рёбер, два шеврона хвоста, часть трубчатой кости, несколько костей кисти или стопы и четыре остеодермы.

Выражение «почти полный скелет» к эмаузавру неприменимо. Даже череп был сплющен, частично разрушен и реконструирован из разрозненных элементов. Во время старой химической подготовки из конкреции удаляли карбонатную породу, и некоторые тонкие участки костей пострадали. Современные авторы прямо отмечают необходимость нового описания оригинала и трёхмерного исследования скрытых поверхностей.

Размеры и строение

Хаубольд оценил длину известного животного примерно в 2 м. Череп имел длину немного более 14 см, а глазница – около 3,5 см. Один возможный фрагмент лучевой кости сохранил признак незавершённого окостенения, поэтому голотип часто называют молодой особью. Однако полноценного гистологического исследования основных костей нет, а сам фрагмент определён не вполне уверенно. Следовательно, возраст животного и размер взрослого эмаузавра неизвестны.

Популярная оценка взрослой длины в 3–4 м представляет собой экстраполяцию, а не измерение взрослого скелета. Надёжной оценки массы также нет. Для животного длиной около 2 м разумно говорить лишь о порядке десятков килограммов. Более точная цифра требовала бы хорошо сохранившихся длинных костей конечностей или проверенной объёмной модели, которых для эмаузавра пока не существует.

Череп был относительно широким и низким. В передней части располагались пять предчелюстных зубов, тогда как у многих поздних тиреофор передняя часть пасти сильнее преобразована в беззубый клюв. Зубы верхней и нижней челюстей были небольшими, с низкими треугольными коронками и зазубренными краями. Их форма согласуется с обработкой растительности, но не позволяет определить конкретные растения.

По краю глазницы находилась надглазничная кость, или пальпебраль, а вокруг челюстных зубов имелось углубление, связанное с отступом зубного ряда внутрь. Иногда его трактуют как место для мягкой щеки. Сама мягкая ткань не сохранилась, поэтому говорить о полноценной мускулистой щеке нельзя. Форма головы на реконструкциях остаётся приблизительной из-за деформации и отсутствия части левой стороны.

Кожная броня представлена четырьмя разобщёнными остеодермами. Одна была более высокой и асимметричной, остальные имели низкую коническую форму. Самая крупная почти целая остеодерма голотипа имеет длину около 4,5 см. Томография показала тонкий наружный слой, губчатое внутреннее строение и сеть сосудистых каналов. Эти детали допускают наличие рогового покрытия при жизни, но само покрытие не сохранилось.

Точное расположение пластинок на теле неизвестно. Первоначально крупный элемент считали правой парасагиттальной остеодермой, то есть частью ряда рядом со средней линией спины. Более новые сравнения показывают, что сходные элементы могли находиться у головы, на шее или в плечевой области. Любая схема полного панциря эмаузавра поэтому содержит значительную долю реконструкции.

Питание, среда и возможное поведение

Эмаузавр был растительноядным. На это указывают строение зубов, углублённый зубной ряд и его положение среди тиреофор. Вероятнее всего, он откусывал невысокую растительность и измельчал её простыми движениями челюстей. Папоротники, саговниковые, беннеттиты и молодые побеги хвойных могли входить в доступный набор растений ранней юры, но прямых данных о содержимом желудка или копролитах нет.

Находка происходит из морских прибрежных отложений юрского периода. Это не означает, что эмаузавр жил в море или был полуводным. Конкреция сформировалась в спокойной морской обстановке недалеко от суши. Остатки насекомых, паука и древесины из близких слоёв подтверждают присутствие островов или материкового берега поблизости. Тело или его части могли быть вынесены в воду и быстро захоронены в осадке.

Передвижение остаётся неясным. В первоописании широкие кости кисти и стопы рассматривались как намёк на четвероногую позу. Но конечности представлены слишком фрагментарно, а современные анализы связывают устойчивую четвероногость прежде всего с более поздними Eurypoda. Эмаузавр мог ходить преимущественно на двух ногах и опускаться на передние конечности во время кормления либо быть факультативно четвероногим. Ни один вариант пока нельзя считать доказанным.

О поведении рода известно ещё меньше. Один экземпляр не показывает, жил ли он группами. Остеодермы могли защищать от укусов, участвовать в демонстрации или выполнять несколько функций, но их малые размеры и неизвестное расположение не позволяют выбрать одну гипотезу. Окраска, звуки, скорость, брачные сигналы, гнездование и забота о потомстве не установлены.

Старые ошибки и популярные мифы

Эмаузавра нередко называют «маленьким анкилозавром». Это удобно для общего объяснения брони, но систематически неточно. Анкилозавры входят в более позднюю ветвь Eurypoda, тогда как эмаузавр отделился до разделения анкилозавров и стегозавров. По той же причине его нельзя считать ранним стегозавром.

Другая ошибка – изображение животного с полностью известным панцирем. Сохранились только четыре разобщённые остеодермы, и ни одна не лежала на теле в естественном положении. Два симметричных ряда пластин, сплошное покрытие шеи или крупные плечевые шипы являются гипотезами художника, а не зафиксированной анатомией.

Не подтверждён и образ обязательно тяжёлого четвероногого животного длиной 4 м. Длина около 2 м относится к реконструкции известного экземпляра, а взрослый размер неизвестен. Посткраниальные кости слишком неполны, чтобы уверенно восстановить позу. Наконец, морское происхождение породы говорит о месте захоронения, а не о водном образе жизни динозавра.

Краткий итог

Эмаузавр – валидный род ранних тиреофор и важное свидетельство начальной эволюции бронированных динозавров. Его небольшой череп, растительноядные зубы и кожные окостенения известны достаточно хорошо, чтобы отличать род от других птицетазовых. Но единственный деформированный голотип не позволяет надёжно определить взрослый размер, полную схему брони и способ передвижения. В атласе видов динозавров его правильнее показывать как раннего родственника стегозавров и анкилозавров, а не как уменьшенную копию любой из этих групп.