Римазух: крупный крокодил неогена Африки

Римазух известен прежде всего по крупным широким черепам из нижнемиоценовых отложений Египта. Долгое время его считали видом настоящих крокодилов и возможным предком нильского крокодила. Позднейшая ревизия выделила для него отдельный род и показала более сложное положение среди африканских крокодиловых. В каталоге древних крокодиломорфов это пример того, как новая классификация меняет привычное название.

Краткий профиль

История названия

Рене Фурто описал вид в 1918 году как Crocodylus lloydi по находке из Вади-Могхара в Египте. В 2003 году Кристофер Брошу перенёс его в новый род Rimasuchus. Причиной стали признаки черепа, не совпадавшие с диагностикой Crocodylus.

К римазуху относили остатки из многих частей Африки и очень широкого временного интервала – от раннего миоцена до четвертичного периода. Это создаёт ложное впечатление почти неизменного вида, жившего миллионы лет по всему континенту. Исследования подчёркивают, что кодировки родства основаны прежде всего на типовом египетском материале, а принадлежность более молодых находок требует отдельной проверки.

Череп и образ жизни

Череп был массивным и относительно широкомордым, а зубы – крепкими и коническими. Такой аппарат не был узко специализирован на ловле рыбы, как у эутекодона. Он позволял удерживать разнообразную добычу, но конкретный рацион римазуха неизвестен: форма черепа показывает механические возможности, а не содержимое каждой трапезы.

Предполагаемую общую длину иногда доводят до 7 м, однако большие оценки зависят от того, какие фрагменты действительно принадлежат R. lloydi. Для типового таксона безопаснее говорить о крупном крокодиле, не превращая максимальную экстраполяцию в измеренный размер.

Римазух и ранние люди

Крокодильи следы на костях гоминин из Олдувайского ущелья показывают реальные нападения или поедание останков. Старые определения связывали местных крокодилов с Rimasuchus lloydi. После описания отдельного рогатого вида Crocodylus anthropophagus часть материала пришлось пересмотреть. Поэтому утверждение «римазух охотился на предков человека» слишком категорично: следы укусов надёжны, а род виновника не всегда установлен.

Сходная проблема возникает при сравнении с южноамериканским грипозухом: широкая география семейства или старое музейное определение не заменяют диагностику конкретного черепа.