Фороракос: хищная птица миоцена Южной Америки

Фороракос (Phorusrhacos longissimus) – крупная нелетающая хищная птица миоцена Аргентины. Он дал название семейству фороракосовых, известных как «птицы-ужаса». Мощные ноги, высокий череп и глубокий загнутый клюв делали его заметным наземным хищником, но многие детали охоты остаются реконструкцией.

Кратко о фороракосе

Голова и клюв

Череп был длинным и высоким, а верхняя часть клюва заканчивалась крючком. Он не имел зубов. Клюв мог наносить направленные удары и отрывать куски пищи. Исследование другой фороракосовой птицы показало хорошую устойчивость черепа к вертикальным нагрузкам, но меньшую – к боковому скручиванию.

Это поддерживает сценарий точных ударов сверху и оттягивания добычи назад. Однако перенос модели одного рода на фороракоса требует осторожности. Прямых наблюдений или сохранившегося содержимого желудка нет.

Ноги и движение

Длинные задние конечности позволяли быстро двигаться по открытой местности. Фороракос не развивал фантастическую скорость автомобиля: точную максимальную скорость по костям определить нельзя. Он, вероятно, сочетал короткое преследование с внезапным нападением.

У некоторых фороракосов второй палец был приподнят и нёс крупный коготь, помогавший удерживать добычу. Следы другой формы подтверждают функционально двупалую опору, но стопа именно фороракоса известна не настолько полно, чтобы приписывать ему идентичное поведение без оговорок.

Кто жил рядом

В миоценовой Южной Америке фороракос сосуществовал с сумчатыми хищниками, крокодилами и разнообразными копытными. Представление, будто птицы правили континентом при полном отсутствии конкурентов, неверно. Они были частью сложного сообщества хищников.

Фороракос не встречался с человеком и не переселялся в Северную Америку. Это сделал более поздний род титанис. Сам фороракос известен из Патагонии и исчез задолго до ледникового периода.

Уменьшенные крылья не участвовали в полёте, но могли помогать сохранять равновесие при резком повороте или демонстрации. Конкретные движения крыльев восстановить невозможно, поэтому изображение ими ударов по добыче остаётся художественным допущением.